янычары и сипахи в чем разница

Кто такие янычары? Вооружённые силы Османской империи

Кто такие сипахи и янычары

За годы существования Османская империя повидала много сражений. Перед тем как подробно рассмотреть, кто такие янычары, стоит подробней узнать, кто, кроме янычар, входил в основу вооруженных сил Османской империи и какие у них были функции.

Как появились и куда пропали янычары?

Кто такие янычары? История их начинается в далеком 1365 году. Именно султан Мурад I создал их как главную ударную силу войска. Причиной тому было то, что в армии султана была только легкая и тяжелая конница, а пехота для войн набиралась временно, из народа или наемников. Эти люди были ненадежными, могли отказаться, сбежать или даже переметнуться на другую сторону. Поэтому было решено создать пехоту, которая будет всецело предана своей стране.

Ближе к XVII веку началось постепенное упразднение янычар. У них появились всевозможные права, которые дали им некую свободу и силу. Однако эта сила не всегда была направлена на защиту или благосостояние султана. Краткая история Османской империи указывает на то, что в 1622 и в 1807 годах проходили бунты под предводительством янычар, которые привели к кончине и смещению правителей. Это уже были не послушные рабы, а заговорщики.

В 1862 году корпус янычар был упразднен указом Махмуда II. Разумеется, это привело к очередному янычарскому бунту, который был жестоко подавлен верными силами султанской армии.

Кто мог стать янычаром?

Кто такие янычары, читателю уже известно. А кто мог стать ими? В пехотную армию не брали кого попало. Туда отбирались исключительно молодые мальчики 5-16 лет, разных национальностей. Причиной столь раннего призывного возраста было, скорее всего, то, что малых детей проще переучить, чем взрослых. Чем старше человек, тем сильнее его вера. А детей можно обратить в любую религию и верование правильным воспитанием. Такой была задача тех, в чьи руки попадали отобранные мальчики.

Поначалу лишь христианские дети призывались для такой службы. Именно с этой части народа взималась кровная дань (девширме) – у родителей насильно отнимали детей, дабы в будущем они были личными рабами султана. Забирали каждого пятого ребенка мужского пола. Но в 1683 году, после того как эта «должность» получила свои преимущества (янычары могли добиться высокого положения в обществе), многие мусульманские семьи запросили у султана право отдавать своих детей на перевоспитание в янычары. И получили на это официальное разрешение.

Но для того чтобы стать янычаром, нужно было соответствовать определенным критериям.

Обучение

После того как их забирали от родителей, мальчикам приказывали забыть все свое прошлое: религию, семью, привязанности. Затем отправляли в столицу, где осматривали и отбирали определенное количество сильнейших и способнейших. Их отделяли и обучали отдельно по определенным правилам, чтоб они могли прислуживать во дворце или лично охранять султана. Остальных пересылали в янычарские корпуса.

Для янычара было важно не только быть сильным и знать свое дело, но и быть покорным, послушным. Поэтому воспитание составляло основу обучения. Чтобы привить детям основные нормы мусульманского права, традиций, обычаев, а также обучить языку, их отправляли в исламские семьи. Тут детей нарочно подвергали физическим и моральным лишениям, чтобы выработать стойкость ко всему, что им придется пережить в будущем.

После этого тех, кто выдержал первый этап, не сломался, переправляли в учебные корпуса, где они целых шесть лет учили военное дело и занимались трудной физической работой. Обучали детей и некоторым другим предметам, например языкам, каллиграфии, – всему тому, что могло им потребоваться в будущем.

Единственная возможность «выпустить пар» для молодых янычар представлялась во время мусульманских праздников, когда им разрешалось измываться над иудеями и христианами.

Обучение заканчивалось, когда воину исполнялось 25 лет. В этот момент юноши либо становились янычарами, либо нет. Тех, кто не прошел 6-летнее испытание, называли «отвергнутыми» и навсегда исключали из военной службы.

Особенности жизни янычар

Жизнь янычар была непростой, но имела свои привилегии. Они официально считались рабами султана и он мог делать с ними все, что душа пожелает. Жили янычары в казармах, которые чаще всего располагались рядом со дворцом султана. До 1566 года у них не было права жениться, заводить детей, хозяйство. Жизнь проходила в битве и службе империи. Стоит отметить, что при отсутствии разного рода утех, вроде женщин, семьи, ремесла, они могли всецело отдаваться лишь одной радости жизни – еде. Приготовление пищи было своего рода церемонией. Над приготовлением трудилось много народу. Была даже отдельная должность – человек, отвечающий за приготовление супа!

После серьезного ранения, когда службу продолжать уже было невозможно, или по причине старости янычар выходил на пенсию и получал пособие от империи. Многие из таких пенсионеров делали хорошую карьеру, что вполне понятно, учитывая их знания и образование. Когда янычар погибал, все его имущество переходило в руки полка.

Судить или оценивать янычар могли исключительно их начальники во главе с султаном. Если янычар серьезно провинился, его приговаривали к почетной казни – удушению.

Функции

Помимо различной военной и армейской службы, янычары в Османской империи выполняли и другие функции:

Но, кроме того, они были частью охраны султана, считающейся его личными рабами. Охраной становились только лучшие, кто был готов ради султана на что угодно.

Структура

Янычарские корпуса состояли из оджаков (полков). Полка делились на орты. В полку была примерно тысяча воинов. Количество оджаков в разные периоды истории империи было неодинаковым. Но в годы расцвета империи их численность доходила почти до 200. Полки были не одинаковыми, они имели разные функции.

Состоял полк всего из трех частей.

Главой всех этих полков был султан, но фактическое управление осуществлял ага. Главными приближенными к нему были секбанбаши и кул кяхьясы – высшие офицеры корпуса. Адепты дервишского ордена бекташей были для янычар полковыми священниками, главным из которых считался оджак имамы. Учебными подразделениями и гарнизоном Стамбула управлял Истанбул агасы. А за обучающую работу с мальчиками отвечал талимханеджибаши. Имелся там и главный казначей – бейтюльмалджи.

Полки также имели разные чины, и их было довольно много. Так, например, был человек, отвечающий за готовку супа, за воду, начальник казармы, главный повар, его помощники и так далее.

Форма и вооружение

Янычары как отдельная часть военных сил Османской империи имели свое собственное вооружение и униформу. Их можно было легко узнать внешне.

Янычары носили усы, но начисто сбривали бороду. Одежда делалась преимущественно из шерсти. Старшие офицеры имели на костюмах меховую оторочку, чтобы выделяться среди других янычар. Высокий статус владельца подчеркивали также ремни или кушаки. Частью формы был войлочный колпак, с которого сзади свисал кусок материи. Его также называли берк или юскюф. Во время походов и войн янычары надевали доспехи, но позже от них отказались.

Интересные факты

Теперь вам известно, кто такие янычары, что входило в их обязанности в Османской империи. В завершение еще несколько интересных фактов:

Источник

Воины-дели — безумные смельчаки османского султана

Крылатые гусары, символ военного дела Нового времени, восходили к турецким дели — бесстрашным рубакам турецких властителей.

Турецкая армия: янычары, сипахи и местные войска

Развитое османское государство породило не менее развитую армейскую систему, сочетавшую подразделения регулярных вооружённых сил, земельной знати и местных ополчений. Но если янычары и сипахи являются символами военного дела не только Османской империи, но и всего раннего Нового времени, то наиболее многочисленные части и корпуса султанской армии остаются в тени своих более именитых соратников. Лёгкая конница была неотъемлемой частью военного дела народов Ближнего Востока, особенно это касается оттоманской Порты, военное могущество которой внушало ужас её врагам. Манёвренная, способная к стратегическому маршу конница была основой армии ещё тюрок-огузов, вторгшихся на территорию Византии в 11 столетии, однако ко времени расцвета Османской империи структура вооружённых сил изменилась до неузнаваемости. И всё-таки лёгкая кавалерия занимала видное место в войсках султанов и визирей.

Распространение «восточного» типа экипировки и вооружения всадников проистекало из самого характера местности и тесного взаимодействия со степной традицией Центральной Азии и Дикого Поля. На первый взгляд, может показаться, что различные виды конников не отличались друг от друга, однако на деле это совсем не так. Обратим внимание на самых «отчаянных» всадников османской армии — воинов-дели.

В переводе с турецкого «дели» означает сорвиголова, смельчак, отчаянный и даже безумец, и, как показала практика, особую категорию конницы назвали так совсем не случайно. По всей видимости, в отряды дели действительно набирали самых отважных и способных добровольцев: византийский хронист Лаоник Халкокондил отмечал, что, чтобы стать дели, воин должен был одержать победу в схватке с десятком врагов разом! Откуда же взялись эти чудо-воины?

Первоначально дели составляли свиту провинциальных губернаторов в европейских вилайетах Турции. Правители областей набирались в качестве телохранителей только самых способных и смелых юношей и мужчин, которые были лично преданы своему сюзерену. Это позволяет отнести дели к разряду провинциальных, вилаейтских войск, лишь опосредованно подчинённых Стамбулу, обязанных всем своим положением своему благодетелю. Другим, куда более многочисленным, родом провинциальных войск были акынджи — лёгкие всадники, набираемые из податного населения приграничных территорий. Дели часто называют подразделением акынджи или вовсе воспринимают эти термины как синонимы. В действительности дели, в отличие от акынджи, не имели надела или гражданского занятия, а бейлербеи считали их своими соратниками и гвардейцами, а не источником пополнения казны или собственной сокровищницы.

Первые дели появились в Боснии и Семендере во второй половине 15 века. В начале 16 века боснийский губернатор Гази Хусрев-бег сформировал корпус из нескольких тысяч дели, ставших заменой прежних акынджи и других местных ополчений. Его люди отличались невероятной свирепостью и неистовством в бою, крайним религиозным фанатизмом, несмотря на то что многие из них были обращены в ислам в детстве или были мусульманами во втором поколении. Просвещённый интеллектуал и благоустроитель Сараево Хусрев-бег приходился внуком самому Баязиду II (1481−1512), однако в сражениях с врагами султана был неумолим и беспощаден. Эффективность действий дели в борьбе с венграми, немцами, валахами, венецианцами и другими недругами заставила правителей других вилайетов и санджаков создать или реформировать подчинённые им части в боснийском духе. Так эти безумцы стали частью любой румелийской армии. Что же такого было в их облике и тактике, что трансильванский воевода Стефан Баторий даже попытался скопировать турецких дели, создав похожие части в Трансильвании?

Любой, увидевший всадника-дели, прежде всего поражался его необычному наряду и экипировке, состоявшей из «шкур и перьев диких зверей». Дели не носили униформы в привычном её понимании, стараясь выделиться наиболее экстравагантным обликом. Их шлемы, щиты и попоны были отделаны леопардовым или тигровым мехом, орлиными перьями, спину украшала леопардовая шкура, ниспадавшая на плечи, на ногах они носили меховые штаны и яркие ботинки с длинными шпорами. В таком неестественно ярком наряде дели казался больше, чем он был на самом деле, походя скорее на исполинского зверочеловека, чем на всадника лёгкой конницы. Образ дополняли пара или одно крыло, закреплённые на спине всадника. Именно у дели Баторий заимствовал идею крылатых гусар.

Лёгкая кавалерия: сорвиголовы в тигровых шкурах

Источник

Сипахи — разновидность турецкой тяжелой кавалерии.

Сипахи или Спахи (перc. Войско) — разновидность турецкой тяжелой кавалерии. Наряду с янычарами вплоть до середины XVIII века были основным военным подразделением, используемым в Османской империи.

Во время мобилизации каждый десятый сипах оставался дома для поддержания внутреннего порядка в империи. Остальные распределялись по полкам-алаям под командованием командиров-черибашей, субашей и офицеров-алайбеев.

Сипахи были своего рода дворянами Османской империи. Они получали доход с земельного участка с крестьянами, торговых рядов, мельниц или ещё какого-либо предприятия — тимара (иногда применяется специальный термин спахилык), на который должны были вооружиться и нанять небольшой отряд оруженосцев. Тимары времён расцвета Османской империи не были наследственными владениями воинов, а лишь условными доходными держаниями, находившимися в распоряжении держателя (тимарлы или тимариота) лишь до тех пор, пока тот пребывал на государевой службе. Соответственно, большинство сипахов в мирное время проживало в деревнях, обрабатывая свои собственные участки земли и оплачивая труд лично свободных крестьян или иных работников на землях или предприятиях тимара. Таким образом, власть сипахи (как и любого тимариота) над крестьянами, проживавшими в границах его держания, была ограниченной. Денежного содержания за свою службу сипахи, как правило, не получали.

С объявлением войны сипахи должны были немедленно выступать на сборочный пункт, подобно дворянской поместной коннице на Московской Руси, «конно, людно и оружно». В случае уклонения сипахи от участия в военных действиях доходное предприятие переходило в казну. После смерти сипахи доход мог оставаться за его семьей, только если сын или другой ближайший родственник продолжал его дело.

С 1533 года вдоль венгерской границы была учреждена новая система тимаров. В отличие от прежней, теперь сипахи вместо проживания в имениях обязаны были нести постоянную службу в пограничных стратегически важных городах совместно с воинами местных гарнизонов.

С уменьшением доходности земельных участков в связи с революцией цен в Европе в XVI в., прекращением активной завоевательной политики империи и коррупцией сипахи стали в массовом порядке уклоняться от службы. Также участились попытки перевода тимаров в частную или религиозную собственность.

Конная часть капыкулу включала в себя 6 корпусов:

улюфеджиян-и йемин — носили красно-белые знамена.

улюфеджиян-и йесар — носили желто-белые знамена.

гариба-и йемин — носили зеленые знамена.

гариба-и йесар — носили белые знамена.

От того же персидского слова «sepāh» происходит spahi (спаги) — название частей колониальной лёгкой кавалерии во французских и итальянских войсках, а также sepoy (сипаи) — британские колониальные войска в Индии, укомплектованные туземцами.

Источник

Османская империя: безумные смельчаки султана

Турецкая армия: янычары, сипахи и местные войска

Развитое османское государство породило не менее развитую армейскую систему, сочетавшую подразделения регулярных вооружённых сил, земельной знати и местных ополчений. Но если янычары и сипахи являются символами военного дела не только Османской империи, но и всего Раннего Нового времени, то наиболее многочисленные части и корпуса султанской армии остаются в тени своих более именитых соратников. Лёгкая конница была неотъемлемой частью военного дела народов Ближнего Востока, особенно это касается Оттоманской Порты, военное могущество которой внушало ужас её врагам. Маневренная, способная к стратегическому маршу конница была основой армии ещё тюрок-огузов, вторгшихся на территорию Византии в XI столетии, однако ко времени расцвета Османской империи структура вооружённых сил изменилась до неузнаваемости. И всё-таки лёгкая кавалерия занимала видное место в войсках султанов и визирей. Распространение «восточного» типа экипировки и вооружения всадников проистекало из самого характера местности и тесного взаимодействия со степной традицией Центральной Азии и Дикого Поля. На первый взгляд может показаться, что различные виды конников не отличались друг от друга, однако на деле это совсем не так. Обратим внимание на самых «отчаянных» всадников османской армии — воинов-дели.

В переводе с турецкого «дели» означает — сорвиголова, смельчак, отчаянный и даже безумец и, как показала практика, особую категорию конницы назвали так совсем не случайно. По всей видимости, в отряды дели действительно набирали самых отважных и способных добровольцев: византийский хронист Лаоник Халкокондил отмечал, что чтобы стать дели воин должен был одержать победу в схватке с десятком врагов разом! Откуда же взялись эти чудо-воины?

Первоначально дели составляли свиту провинциальных губернаторов в европейских вилайетах Турции. Правители областей набирались в качестве телохранителей только самых способных и смелых юношей и мужчин, которые были лично преданы своему сюзерену. Это позволяет отнести дели к разряду провинциальных, вилаейтских войск, лишь опосредованно подчинённых Стамбулу, обязанных всем своим положением своему благодетелю. Другим, куда более многочисленным, родом провинциальных войск были акынджи — лёгкие всадники, набираемые из податного населения приграничных территорий. Дели часто называют подразделением акынджи или вовсе воспринимают эти термины как синонимы. В действительности дели, в отличие от акынджи, не имели надела или гражданского занятия, а бейлербеи считали их своими соратниками и гвардейцами, а не источником пополнения казны или собственной сокровищницы.

Турецкие всадники; 2 — дели

Первые дели появились в Боснии и Семендере во второй половине XV века. В начале XVI века боснийский губернатор Гази Хусрев-бег сформировал корпус из нескольких тысяч дели, ставших заменой прежних акынджи и других местных ополчений. Его люди отличались невероятной свирепостью и неистовством в бою, крайним религиозным фанатизмом, несмотря на то, что многие из них были обращены в ислам в детстве или были мусульманами во втором поколении. Просвещённый интеллектуал и благоустроитель Сараево Хусрев-бег приходился внуком самому Баязиду II (1481-1512), однако в сражениях с врагами султана был неумолим и беспощаден. Эффективность действий дели в борьбе с венграми, немцами, валахами, венецианцами и другими недругами заставила правителей других вилайетов и санджаков создать или реформировать подчинённые им части в боснийском духе. Так эти безумцы стали частью любой румелийской армии. Что же такого было в их облике и тактике, что трансильванский воевода Стефан Баторий даже попытался скопировать турецких дели, создав похожие части в Трансильвании.

Любой, увидевший всадника-дели, прежде всего поражался его необычному наряду и экипировке, состоявшему из «шкур и перьев диких зверей». Дели не носили униформы в привычном её понимании, стараясь выделиться наиболее экстравагантным обликом. Их шлемы, щиты и попоны были отделаны леопардовым или тигровым мехом, орлиными перьями, спину украшала леопардовая шкура, ниспадавшая на плечи, на ногах они носили меховые штаны и яркие ботинки с длинными шпорами. В таком неественном ярком наряде дели казался больше, чем он был на самом деле, более походя на исполинского зверочеловека чем на всадника лёгкой конницы. Образ дополняли пара или одно крыло, закреплённые на спине всадника. Именно у дели Баторий заимствовал идею крылатых гусар.

Источник

Янычары: почему лучшими воинами Османской империи были славяне

Янычары были элитными воинами Османской империи. Они охраняли самого султана, первыми вошли в Константинополь. К службе янычар готовили с раннего детства. Дисциплинированные, фанатичные и абсолютно преданные султану, они жили войной.

Армия рабов

У молодого Османского государства в начале XIV века возникла острая необходимость в качественной пехоте, поскольку захват крепостей методом осады был слишком долговременным и ресурсозатратным (осада Брусы длилась дольше 10 лет).

В османской армии того времени основной ударной силой была конница, малопригодная для штурмовой тактики. Пехота в армии была нерегулярной, нанималась только на время ведения войны. Конечно, уровень её подготовки и преданность султану оставляли желать лучшего.

Такая практика показывала большую результативность. К XVI веку она стала своеобразной повинностью, наложенной на христианские земли, прежде всего Албанию, Венгрию и Грецию. Она получила название «доля Султана» и заключалась в том, что каждого пятого мальчика в возрасте от пяти до четырнадцати лет специальная комиссия отбирала для службы в янычарском корпусе.

Брали не всех. Селекция основывалась на тогдашних представлениях о психофизиогномике. Во-первых, в янычары могли забирать только детей из знатных семей. Во-вторых, не брали слишком разговорчивых детей (вырастут упрямыми). Также не брали детей с нежными чертами лица (склонны к мятежу, и их не будут бояться враги). Не брали слишком высоких и слишком маленьких.

Не все дети были из христианских семей. В качестве привилегии могли брать детей из мусульманских семей Боснии, но, что важно, — славян.

Мальчикам приказывали забыть о своем прошлом, посвящали в ислам и отправляли на подготовку. С этого времени вся их жизнь была подчинена строжайшей дисциплине, а главной добродетелью была абсолютная слепая преданность султану и интересам империи.

Подготовка

Подготовка янычар была системной и продуманной. Мальчики-христиане, расставшиеся со своей прошлой жизнью, отправлялись в семьи турецких крестьян или ремесленников, служили гребцами на кораблях или становились помощниками мясников. На этом этапе новообращенные мусульмане постигали ислам, учили язык и привыкали к суровым лишениям. С ними нарочно не церемонились. Это была суровая школа физической и моральной закалки.

По прошествии нескольких лет, те, кто не сломился и выжил, зачислялись в подготовительный отряд янычар, так называемый ачеми оглан (русс. «неопытные юноши»). С этого времени их подготовка заключалась в освоении специальных военных навыков и тяжелой физической работе. Из юношей на этом этапе уже воспитывали преданных воинов ислама, которые беспрекословно исполняли все приказы командиров.

Любые проявления свободомыслия или строптивости пресекались на корню. Была, впрочем, у молодых «кадетов» янычарского корпуса и своя отдушина. Во время мусульманских праздников они могли позволить себе проявление насилия против христиан и иудеев, к чему «старшие» относились скорее благодушно, чем критически.

Только в 25 лет самые физически крепкие из прошедших обучение в ачеми оглан, лучшие из лучших становились янычарами. Это нужно было заслужить. Те, кто по каким-либо причинам не проходил проверку, становился «отвергнутым» (тур. чикме) и не допускался к военной службе в корпусе.

Львы ислама

Как так случилось, что дети преимущественно из христианских семей становились фанатичными мусульманами, готовыми убивать своих бывших единоверцев, ставших для них «неверными»?

Само основание корпуса янычар была изначально спланировано по типу рыцарского религиозного ордена. Духовная основа идеологии янычар формировалась под влиянием дервишского ордена Бекташие. Даже сейчас в турецком языке слова «янычар» и «бекташие» часто употребляются в качестве синонимов.

Почему именно орден бекташие стал духовным оплотом «нового войска»? Вероятнее всего, это связано с тем, что янычарам было удобнее практиковать ислам в этой упрощенной в плане обрядности форме. Бекташи освобождались от обязательных пятикратных молитв, от паломничества в Мекку и поста в месяц Рамазан. Для «львов ислама», живущих войной, это было удобно.

Одна семья

Жизнь янычар была строго декларирована ещё уставом Мурада I. Янычары не могли заводить семей, должны были избегать излишеств, соблюдать дисциплину, подчиняться начальству, соблюдать религиозные предписания.

Они жили в казармах (обычно расположенных неподалеку от дворца султана, поскольку его охрана была одной из основных их обязанностей), но их жизнь нельзя было назвать аскетичной. После трех лет службы янычары получали жалование, государство обеспечивало их питанием, одеждой и вооружением. Несоблюдение султаном обязательств по снабжению своего «нового войска» не раз приводило к янычарским бунтам.

Одним из главных символов янычар являлся казан. Он занимал такое важное место в жизни янычар, что европейцы даже принимали его за знамя османских воинов. В то время, когда корпус янычар дислоцировался в городе, раз в неделю, каждую пятницу, орта янычар шла со своим казаном к дворцу султана за пилафом (рис с бараниной). Эта традиция была обязательной и символичной. Если среди янычар было недовольство, они могли отказаться от пилафа и перевернуть котел, что служило сигналом к началу восстания.

Казан занимал центральное место и во время военных походов. Его обычно несли перед ортой, а на привале ставили в центр лагеря. Самым большим «фейлом» была потеря казана. В этом случае офицеры выгонялись из отряда, наказывали и рядовых янычар.
Интересно, что во время волнений провинившийся мог спрятаться под казаном. Только в этом случае его могли простить.

Распад

Привилегированное положение янычар, постоянное увеличение их численности, а также отход от базовых установок корпуса привел в итоге к его деградации. К концу XVI века численность янычар достигла 90 тысяч, из элитного военного соединения они превратились во влиятельную политическую силу, которая подтачивала империю изнутри, устраивала заговоры и мятежи.

С начала XVI века рекрутская система отбора янычар стала претерпевать серьезные изменения, в корпусах оказывалось все больше турок, произошел отход от принципа безбрачия, янычары начали обзаводиться семьями, которые требовали все больших и больших вложений.

Дети янычар получили право зачисления в орты с самого рождения, при этом они наделялись соответствующими льготами. Янычары стали превращаться в наследственный институт, со всеми вытекающими из этого плачевными последствиями.

Конечно, такое положение многих не устраивало. То и дело после мятежей устраивались показательные казни янычар, но кардинально вопрос не решался. Возник даже феномен «мертвых душ», когда в янычары кого только ни записывали, лишь бы получать дополнительный паек и льготы. Уничтожен же корпус был только в 1826 году султаном Махмудом II. Не зря его называли «турецким Петром I».

Источник